Мона Лиза



.

Второй флорентийский период в живописи Леонардо оказался очень плодотворным. Именно в это время он написал одну из своих самых известных работ — «Мону Лизу» («Джоконду»). Согласно Джорджо Вазари, Мона Лиза (Лиза Герардини) была третьей женой флорентийского торговца тканями Франческо дель Джокондо, но данное утверждение часто подвергалось сомнениям. К концу XX века уже существовало несколько десятков версий того, кто на самом деле являлся прототипом Моны Лизы. Выдвигалось много предположений: незаконнорожденная дочь одного из герцогов Сфорца, кто-то из любовниц мужчин Медичи, неизвестная натурщица, юный возлюбленный Леонардо, переодетый женщиной, или сам художник.

В 2005 году исследователи из Гейдельбергского университета обнаружили заметки в одном из фолиантов, принадлежащих флорентийскому чиновнику — современнику Леонардо. В частности, в них упоминается да Винчи, о котором говорилось, что он пишет три картины, в том числе портрет Лизы Герардини. Таким образом, подтвердились слова Вазари о том, что Леонардо создал портрет Моны Лизы по заказу ее мужа, который сделал такой подарок жене в честь рождения второго сына.
Вазари очень подробно и с неподдельным восхищением отзывался о «Джоконде» в «Жизнеописаниях»:
«Это изображение всякому, кто хотел бы видеть, до какой степени искусство может подражать природе, дает возможность постичь это наилегчайшим образом, ибо в нем воспроизведены все мельчайшие подробности, какие только может передать тонкость живописи. Поэтому глаза имеют тот блеск и ту влажность, какие обычно видны у живого человека, а вокруг них переданы все те красноватые отсветы и волоски, которые поддаются изображению лишь при величайшей тонкости мастерства. Ресницы, сделанные наподобие того, как действительно растут на теле волосы, где гуще, а где реже, и расположенные соответственно порам кожи, не могли бы быть изображены с большей естественностью. Нос со своими прелестными отверстиями, розоватыми и нежными, кажется живым. Рот, слегка приоткрытый, с краями, соединенными алостью губ, с телесностью своего вида, кажется не красками, а настоящей плотью. В углублении шеи при внимательном взгляде можно видеть биение пульса. И поистине можно сказать, что это произведение было написано так, что повергает в смятение и страх любого самонадеянного художника, кто бы он ни был».
Исследователи обращают внимание на ряд неточностей, встречающихся в словах Вазари. Тем не менее они отражают ту восторженность, с которой современники Леонардо принимали «Мону Лизу».
Леонардо создавал «Джоконду», когда его художественное мастерство достигло пика. Женщина нарисована на фоне необычного пейзажа, словно увиденного через призму воды, подчеркивающего ее нежный образ. Изображение словно окутано дымкой, создающей эффект воздушности и легкости. Особенностью «Моны Лизы» является фотографическая передача мельчайших деталей: влажные блестящие глаза, бархатные ресницы, кажущиеся настоящими нос и губы, пульс, трепещущий в ложбинке на шее. В изображении нет ни одной прямой линии или угла — все элементы плавно переходят друг в друга. Лицо кажется потрясающе живым. При взгляде на него возникает ощущение, что в любой момент женщина может засмеяться или заговорить со зрителем. Взгляд буквально приковывается к портрету, хочется разглядывать его снова и снова.
Об улыбке Джоконды Зигмунд Фрейд писал: «Кто представляет картины Леонардо, у того всплывает воспоминание о странной, пленительной и загадочной улыбке, затаившейся на губах его женских образов. Улыбка, застывшая на вытянутых, трепетных губах, стала характерной для него и чаще всего называется „леонардовской“. В своеобразно прекрасном облике флорентийки Моны Лизы дель Джоконды она сильнее всего захватывает и повергает в замешательство зрителя. Эта улыбка требовала одного толкования, а нашла самые разнообразные, из которых ни одно не удовлетворяет. <…> Догадка, что в улыбке Моны Лизы соединились два различных элемента, рождалась у многих критиков. Поэтому в выражении лица прекрасной флорентийки они усматривали самое совершенное изображение антагонизма, управляющего любовной жизнью женщины, сдержанности и обольщения, жертвенной нежности и безоглядно-требовательной чувственности, поглощающей мужчину как нечто постороннее. <…> Леонардо в лице Моны Лизы удалось воспроизвести двоякий смысл ее улыбки, обещание безграничной нежности и зловещей угрозы».

Считается, что подобного эффекта Леонардо достиг за счет использования приема сфумато, которым он в совершенстве овладел ко времени написания картины. В 2010 году группа ученых под руководством Филиппа Уолтера провела рентгенологический анализ «Моны Лизы» и получила невероятный результат: выяснилось, что на портрете нет следов мазков кистью или пальцами. Леонардо писал ее слоями, толщина которых не превышала 0,002 мм, то есть 2 мкм. Общая толщина слоев, нанесенных на полотно, составляет всего 30–40 мкм.
Наибольшее восхищение на протяжении нескольких веков вызывает улыбка Моны Лизы, а точнее, намек на нее. Как писал в 1934 году известный советский искусствовед В. Н. Лазарев в монографии «Жизнь и творчество Леонардо да Винчи», «тысячу раз прав был тот художественный критик, который указал на бесполезность расшифровки этой улыбки. Ее сущность заключается в том, что здесь дается одна из первых в итальянском искусстве попыток изобразить естественное психическое состояние ради него самого, как самоцель, без каких-либо привходящих религиозно-этических мотивировок. Тем самым Леонардо сумел настолько оживить свою модель, что в сравнении с ней все более старые портреты кажутся как бы застывшими мумиями».
Для того чтобы добиться живости лица, Леонардо использовал не только художественные приемы. Он старался поддерживать веселое настроение модели, не давая ей скучать. По свидетельству Вазари, художник сам рассказывал ей сказки, а также «держал людей, которые играли на лире или пели, и тут постоянно были шуты, поддерживавшие в ней веселость и удалявшие меланхолию, которую обычно сообщает живопись выполняемым портретам. У Леонардо же в этом произведении улыбка дана столь приятной, что кажется, будто бы созерцаешь скорее божественное, нежели человеческое существо…».
Работая над «Моной Лизой», Леонардо по-прежнему пытался экспериментировать с используемыми красками. И хотя портрет разрушается не так быстро, как фрески, со временем он значительно потемнел, однако, несмотря на это, он является одной из самых знаменитых картин западноевропейского искусства.
В августе 1911 года «Мона Лиза» таинственным образом исчезла из Лувра. Поиски похитителя не давали результата. Несколько раз объявлялось значительное вознаграждение за возвращение портрета. Французские власти даже были готовы сохранить анонимность тому, кто доставит ее обратно в Лувр, но все было тщетно. Лишь спустя два года появилась информация о судьбе картины: преступник откликнулся на объявление директора флорентийской галереи Уффици о покупке «Моны Лизы». Выяснилось, что похитителем был итальянец Винченцо Перуджа, работавший в Лувре мастером по зеркалам. По словам Перуджи, он украл портрет, чтобы вернуть его в Италию, где картина и должна находиться. Перуджа считал, что работа да Винчи была незаконно вывезена во Францию. Похититель просто не знал, что на самом деле Леонардо так и не отдал готовую картину заказчику и увез ее с собой. В 1914 году «Мона Лиза» была возвращена в Лувр. К счастью, картина не пострадала в результате похищения. В 1956 году один из посетителей Лувра плеснул на портрет кислотой, в результате чего была испорчена нижняя часть полотна. В этом же году еще один вандал бросил в «Мону Лизу» камень, незначительно повредив портрет. После этих событий полотно было закрыто пуленепробиваемым стеклом. К сожалению, до настоящего времени ученым так и не удалось полностью остановить процесс разрушения изображения «Моны Лизы» — на краске портрета появились трещины. Для того чтобы не усугублять ситуацию, руководство Лувра приняло решение не выставлять «Мону Лизу» за пределами музея.
Полное название всемирно известной картины — «Портрет госпожи Лизы дель Джокондо». Ранние биографы да Винчи отмечали, что это полотно занимало в жизни художника особое место. Он отдавался работе над ней с особой страстью, в то время как от большинства заказов обычно уклонялся или не спешил их выполнять. К этой картине у художника была особая привязанность, он часто упоминал о ней в записях, брал с собой в путешествия. Искусствоведы отмечают, что изображение Моны Лизы — это решающий шаг в развитии портретного искусства Ренессанса.
Несмотря на то что «Джоконда» получила высокую оценку современников Леонардо, до середины XIX века интерес к ней угас. В 1867 году критик У. Патер написал эссе, в котором назвал «Мону Лизу» «мифическим воплощением вечной женственности, которое ведает тайны загробного мира, потому что не раз умирало». Это вызвало повышенный интерес общественности к картине. В начале XX века после похищения «Джоконды» и ее возвращения спустя несколько лет о портрете много писали в прессе, что привело к очередной вспышке славы.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Обсуждение закрыто.